Басё Мацуо

Остановись, мгновение! Просто, остановись, на мгновение. Ведь, в тебе, как маленькой капле, отражен весь этот безграничный, трагичный и такой смешной мир. Видишь, ветка цветущей сливы чуть дрожит на ветру. Слышишь, как поют в траве цикады? И, даже в маленьком пруду, таится целый океан жизни. Пусть ты беден, а одежда твоя — лохмотья, но есть в сердце твоем благородство чистого сострадания малым, сирым и убогим мира сего. Крестьянин в рисовом поле, ворон, клювом своим, вскрывающий панцирь беззащитной улитки. Бесконечный круговорот-маскарад времен года. А за всем этим, что-то большое, необъятное, невыразимое словами. Может вселенская печаль? О всем проходящем, пролетающем, мчащемся мимо, еле уловимом, в отголосках, отражениях, воспоминаниях.
Но как бы не был суров и тернист путь, настоящий самурай должен пройти его до конца, с высоко поднятой головой. Пусть это и путь в поэтических джунглях. Здесь не менее важны выдержка, сила воли и крепость духа. Чтобы высечь искру из кремня, по нему бьют нещадно, но так рождается пламя, способное согреть потом многих и осветить долгую зимнюю ночь, чтобы не было так страшно и одиноко. Главное, всегда оставаться собой, смирившись с поражением, продолжать свое путешествие, на свой страх и риск. Не ступать след в след за великими, но искать то, что искали они. Вечное и неизменное за быстро меняющимися декорациями земного трагифарсового спектакля.
Обратившись к древним традициям, Басё смог открыть новую страницу в истории японской (да и не только) поэзии. Человек с чистым сердцем, полным любви ко всему живому, и светлым разумом, пытливым и внимательным к мельчайшим подробностям. Поэт-странник, бесстрашно вглядывавшийся в окружающую его эпоху, в самого себя, смог извлечь из флейты своего вдохновения, поистине волшебный звуки, которые не оставляют равнодушным и много столетий спустя.
Ива склонилась и спит,
И кажется мне, соловей на ветке —
Это её душа. (Басё)

 

.